Сокровища Непобедимой Армады


История, одну из немногих, хронологию и детали которой точно удалось установить о галеасе « Хирона» затонувшем в 1588 году.

 
 Исследованием этих событий, на протяжении многих лет занимался бельгийский подводный археолог Робер Стенюи. Поэтому, более точного и яркого описания этих событий, которые Стенюи опубликовал в журнале «Обсервер» от 21 сентября 1969 года, а также в изданной им в 1971 году книге “Сокровища Непобедимой Армады” на сегодняшний день нет. С 18 лет Стенюи начал составлять картотеку затонувших кораблей с ценностями. «Хирона» числилась в его личных архивах с 1956 года. Ему было известно, что потеря груза галеаса насторожила англичан и представляла большуюю ценность. Он завел специальную папку с надписью “-Х-“, и стал заносить в нее все сведения о заинтересовавшем его галеоне. Папка пухла день ото дня, но Стеньюи понадобилось еще 12 лет архивных розысков, прежде чем он смог приняться за водолазные работы. В распоряжении исследователя были тысячи расшифрованных и прочитанных им документов, начиная с показаний ирландских рыбаков и кончая секретной перепиской короля Филиппа II.

  
  До проведения ним исследований никто не знал точного места гибели «Хироны». В документах не было точных данных о месте затонувшего галеаса. Вся информация была очень противоречивой. Документы подтверждающие события иногда просто не поддавались логике, когда Стенюи сопоставлял их один с другим. По одной из версий галеас, отплывшый из гавани Киллибегз с большим количеством испанцев, шедший вдоль берега к шотландским Оркнейским островам, разбился, налетев на скалу Банбойе. Скала Банбойе находилась недалеко от дома Сорли Боя. «Сорли Бойем» был Сорли Бой Макдоннелл, местный лорд, непримиримый враг англичан. Его «домом» был замок Данлюс возле крутых скал около Портбаллантрэ.


 «Банбойе» — устье реки Буа, или Баш, лежит в двух милях к востоку от него. По - другой версии утверждали, что судно разбилось у Дамбы Гигантов. Третья уверяла, что “Хирона” нашла свой конец в бухте Бушмиллз...


 Но почему сегодня упоминают как о месте трагедии океанский залив Донегол? Который, в свою очередь, находится на северо-западе Ирландии. Водами залива омываются побережья трёх ирландских графств — Донегол на севере и востоке, Слайго и Литрим на юге. На запад от залива лежит Атлантический океан. В крейней северо-восточной части залива, в месте впадения в него реки Эске, расположен город Донегол.


 Стенюи довелось провести очень большую работу собравши все детали по крупинкам, чтоб найти место, где затонул галеас. И обнаружить там…


 Так вернемся же к началу истории..


 22 июля 1588 года огромный испанский флот, насчитывавший 130 вымпелов, вышел из порта Ла-Корунья на северном побережье Испании. В его составе находилось 65 боевых галеонов и вооруженных торговых судов, 25 транспортов, перевозивших лошадей, мулов и про¬виант, 32 вспомогательных корабля, четыре галеры и четыре галеаса, одним из которых был «Хирона». Заметим, что галеас - парусно-гребной военный корабль в европейских флотах в XVI-XVII веках, промежуточный тип судна между галерой и парусным кораблем. Галеасы похожи на галеры, но гораз¬до меньшего размера. Эти корабли использовались в качестве манев-ренных, приводимых в движение веслами канонерских лодок.


 Всего на борту кораблей, входивших в состав «Непобедимой армады», находилось 27 500 человек: 1500 дворян, 8 тысяч моряков, 16 тысяч солдат, 2 тысячи каторжников и галерных рабов. Возглавлял экс¬педицию дон Алонсо Перес де Гусман эль Буэно, герцог Медина-Си-дония, выходец из очень знатного рода, но, плохой адмирал. В числе высших офицеров Армады находился дон Алонсо Мартинес де Лейва, один из храбрейших и способнейших испанских капитанов того времени. Но бездарность и трусость герцога Медйна-Сидония заведомо обрекали эскадру на поражение.


 Было условлено, что герцог Фарнезе, наместник Южных Нидерландов, будет ждать Армаду в Дюнкирхене с готовой армией с тем, чтобы под прикрытием эскадры произвести высадку в устье Пемзы, однако этот план рухнул в самом начале. Войска Фарнезе, не получавшие жалованья, страдавшие от голода, болезней и лишений, тщетно ждали прибытия кораблей и были уже деморализованы. Армада появилась у берегов Фландрии, растрепанная штормами, и вместо того чтобы помочь сухопутной армии, сама нуждалась в помощи.

Между тем, английская эскадра, гораздо меньшая по численности, но лучше подготовленная, с крепкими экипажами и умелыми командирами, спокойно поджидала армаду своих соперников. В проливе Ла-Манш, в бою с англичанами в нескольких сражениях «Непобедимой армаде» был нанесен ужасающий ущерб с немыслимыми человеческими жертвами и большими материальными потерями. Герцог Сидония отдал приказ возвращаться в Испанию, держа курс, как записал один из офицеров, «вокруг Англии, Шотландии и Ирландии, через 750 лиг штормящего, почти неизвестного нам моря...»

Погода в эти дни тоже была на стороне врагов, уже какой день корабли преследовали безжалостные штормы. Получившие смертоносные удары испанские корабли отставали от эскадры и исчезали в морской пучине один за другим.

Корабль благородного дона Алонсо Мартинес де Лейва, рыцаря Сантьяго «Аа Рата Сайта Мария Энкоронада» еле дотянул до бухты Блэксод графства Майо на северо-западной оконечности Ирландии. Далее в залив Блэксод вошел еще один корабль несчастной «Армады» — гукор «Аа Дукесса Сайта Ана». Де Лейва быстро погрузился на него со своими людьми и имуществом. Пройдя всего 70 миль, судно, не выдержав напора шторма, было прижато к берегу и разбито о скалы в заливе Аокрос Бей графства Донегол.
 

Сам де Лейва получил ранение в ногу, но завершил операцию по спасению имущества уже с двух погибших кораблей. Путешествие продолжилось по суше в Киллебегс, к югу от залива Аокрос Вей, куда по свединьям Лейвы выбросило еще несколько галеонов «Армады». Один из них сел на камни при входе в гавань, второй смог войти в нее, но был разбит волнами о скалы. Третий, галеас «Хирона», хоть и был сильно потрепан штормом, стоял в гавани.
 

Алонсо Мартинес де ЛейваСобрав из всех пяти экипажей наиболее сильных людей, де Лейва восстановил единственное способное держаться на плаву судно — галеас «Хирону». На его борт были погружены 1300 человек — экипажи пяти судов — и наиболее ценное имущество. Корабль был так перегружен, что де Лейва даже не рассчитывал достичь берегов Испании. Он намеревался идти к берегам Шотландии, где король Яков VII, сын королевы-католички Марии Стюарт, без сомнения, предоставил бы убежище ее испанским единоверцам.

16 октября 1588 года с экипажем с пяти погибших кораблей галеас вновь вышел в море. Этот выход «Хироны» оказался роковым…


 Вот некоторые описание того рокового дня Робертом Стенюи в своей книге: « Гонимый холодным северным ветром, галеас, идущий вдоль вос¬точной оконечности Ирландии, отчаянно борется со стихией. Огром¬ные волны разбили его руль, и теперь он рыскает и крутится в прова¬лах между валами, дрейфуя в сторону скрывающихся во мраке скал по правому борту. Впереди, не далее чем в тридцати милях, лежит запад¬ное побережье Шотландии. Еще немного — и «Хирона» будет в безо¬пасности. Гребцы борются с ветром непрестанно взмахивая веслами, тщетно пытаясь удержать корабль дальше от берега... Однако ветер победил.


  «Впереди буруны!», — раздался крик. Под натиском седой водяной стены огромный корабль раскачивался с борта на борт среди кромешной тьмы. Матрос с топором в руке, словно кошка, бросился на бак, перерубил тали и якорь полетел за борт. Но было поздно. С мачты впередсмотрящие, обезумев от ужаса, видели, как на корабль надвигалась черная омываемая пеной скала, которая пропорола борт «Хироны», и галеас прочно засел на скале. Корма разбита, правый борт разломан, содержимое трюмов вывалива¬ется наружу. С треском галеас вынесло на прибрежные камни. Могучие волны слизнули пушки, ядра, ящики с провизией и сокровищами, оружие, личное имущество, сундуки с грузом и 1300 несчастных людей, изнемогших в борьбе со стихией... Люди с палубы как горох посыпались в воду.


 …Лишь пятерым удалось достичь берега живыми. Среди тех, кому не повезло, был молодой испанский дворянин. Возможно, в этот последний миг своей жизни он вспоминал о том, как несколько недель назад его суженая надела ему на палец прекрасное золотое кольцо, сделанное специально по ее заказу... Мысль растаяла вместе с жизнью молодого человека. Его тело погрузилось в заросли бурых водорослей, покрывающих морское дно. Кольцо упало с руки и закатилось в расселину. По прошествии времени штормы, один за другим, нанесли песок и камни на место, где лежало кольцо. Сверху постепен¬но образовалась прочная корка из ракушек и фрагментов корабельного рангоута...


 Далее, происходящие события, востановленны Стенюи на основании документов, не могут вызывать никаких сомнений. Через неделю о случившемся был извещен вице-король Ирландии . В декабре 1588 года лорд-депутат информировал Лондон, что слышал о «трех слитках латуни, лежащих в пределах видимости между скалами у Банбойе», и что лучший капитан Армады, дон Мартинес де Лейка, утонул. В августе следующего года он доложил, что со дна моря подняты пушки «Хироны». В письме, содержащем эту информацию, также говорилось: «Сообщают, что там находится большое количество золота и серебра... те монеты, которые были под водой, по моему предположению, все еще там». Позднее английский губернатор Джон Чи-честер писал: «Джеймс Макдоннелл поднял три сундука с сокровищами, которые были доставлены в замок Данлюс». И далее: «Макдоннел-лы... установили три орудия, снятые с одного из испанских кораблей... Я потребовал упомянутые пушки... но они категорически отказались вернуть их».


 Исследовав все сохранившиеся материалы, Роберту Стенюи во что бы то ни стало захотелось найти затонувшуюся «Хирону». Стеньюи начал сопоставлять прочитанные документы и переосмысливать полученную информацию. Он обратил внимание на материалы, в которых освещаются некоторые моменты жизни и деятельности не отличавшегося до гибели “Хироны” особым богатством хозяина замка Данласс Макдонелла. Именно Сорли Бой Макдоннелл обнаружил место кораблекрушения. Стал бы они рассказывать англичанам, где оно произошло, если бы намеревались забрать с корабля пушки и золото? Нет! Он не рассказали бы об этом ни англича¬нам, ни кому бы то ни было еще. Стенюи был уверен, что Банбойе было названо только для отвода глаз.


  «Я изучил карты Ирландии XVI века, — писал Стенюи. — Только два места этого участка побережья названы на них: Данлюс и река Буа. Таким образом, только эти названия были ориентирами, которые довелось использовать в донесениях. Это и было неповторимой ошибкой всех кладоискателей и историков до этого времени, они слишком буквально подходили к этим ориентирам. Вот почему поиски в этих местах всегда завершались фиаско. Между тем на подробной карте Северной Ирландии, изданной военно-геодезическим управлением, в районе к северо-востоку от Портбаллантрэ значились Спаньярд-рок, Спаньярд-Кейв, Порт-на-Спанья, что означало "Испанская ска¬ла", "Испанская пещера", "Испанский порт". Эти названия не появляются на более старых картах. Почему же мы на¬шли их на этой, современной? Потому, что, когда она была составле¬на, больше не было причины скрывать сведения о крушении "Хироны". Между последними двумя располагался мыс Лакада - а это, знаете ли, не слишком ирландское название, не иначе, как происходит от чьей-то фамилии явно испанского происхождения. Названия эти придумали местные жители. Но употребляли они их только в разговорах между собой. Англичане же об этом ничего не знали. Так продолжалось довольно долго, и лишь спустя три столетия, когда от “Хироны” ничего, в сущности, не осталось, а следовательно не было больше смысла скрывать правду. Таким образом, эти старые названия, сохранившиеся в памя¬ти десяти поколений рыбаков, были сообщены топографам, которые расспрашивали о том, как называются каждый пункт и пещера».


 Теперь Стеньюи стало все понятно. Он записал в своем дневнике следующие строки: “...Все искали “Хирону” именно у скал Бенбойеса!  Действительно, в устье реки, которая сейчас называется Буш, есть скальный мыс. Но, во-первых, я убежден, что ирландцы водили всех за нос. Подумай только: ведь они, и только они, преспокойно выуживали серебро и пушки со дна. Стали бы они открывать правду тем же англичанам или любым другим чужестранцам!” Даже не побывав еще на месте событий, он с точностью до десятка метров определил то место, где покоится “Хирона”, - залив Донегол - уникальный случай в истории кладоискательства! А помогли ему в этом природная наблюдательность и умение анализировать.


 В июне 1967 года Стенюи уже стоял на берегу моря в «Испанском порту» — Порт-на-Спанья. Вскоре он со своими компаньонами обнару¬жил и само место крушения. «Наконец-то я прикоснулся к этой истории, здесь, где она вершилась, после многих, многих часов, проведенных в поисках документов в библиотеках Англии, Испании, Франции, Бельгии, Нидерландов и Люксембурга», позже писал Робер Стенюи в своих заметках.


 «Мое внимание привлек какой-то белый предмет, лежащий почти в центре площадки. Я устремился к нему, схватил и поднял... Свинец! Трехфунтовая свинцовая болванка. Мое сердце учащенно забилось, когда я вспомнил слова из одного документа, который изучал в Британском музее. В нем говорилось о "человеке по имени Бойль", который обнаружил еще одно место гибели» корабля из Армады в Донегале в конце XVIII века. Среди его находок был "кусок свинца длиною в ярд, треугольный... утолщенный посередине и более тонкий по концам». Точное описание моей болванки! Я перевернул ее и увидел пять иерусалимских крестов, выбитых на поверхности слитка. Я обна¬ружил место кораблекрушения! Меня наполнило чувство радости. "Хирона" скрывалась здесь. Наверняка тут было нечто большее, чем свинцовая болванка» - описивал достижение своей цели Стенюи.


  После этого, на глубине какого-нибудь десятка метров он находит ряд других ценных изделий с “Хироны” - бронзовую пушку, чугунные ядра, свинцовые чушки, служившие балластом, и целую россыпь золотых, серебряных и медных монет. Впервые в своей жизни он увидел незабываемое мерцание золотых монет на дне залива.


  Самой красивой и самой трогательной находкой из всех сокровищ «Армады», было кольцо, упомяннутое в этом рассказе, которое лежало спаявшимся вместе с золотой монетой в два эскудо из Толедо и несколькими пиастрами. Это был последний подарок молодому гранду от его красавицы. На этом произ¬ведении ювелирного искусства были вырезаны изображение ладони, протягивающей сердце, и слова: «Большего я дать тебе не могу».


  Стенюи был только вдвоем со своим компаньон Марк Жасински. Но что делать теперь? Их было только двое, без команды, без оборудования, без средств... Стенюи и Жасински решили вернуться на место гибели «Хироны» в следующем году, более основательно подготовившись к работе.


 В апреле 1968 года Робер Стенюи возвращается к затонувшему кораблю, на этот раз, с Морисом Видалем, бывшим военным водолазом, Луи Горе, бывшим минер-водолазом, Франсис Дюмон, студентом-архитектором, Марком Ясинским – подводным фотографом. Тут – то, один за одним из сцементированых в монолит на протяжении долгих лет камней, вновь рождаются на свет пиастры, реалы, эскудо и дукаты, медные пряжки, золотые цепи, куски фарфора, мушкетные пули, куски кожи, ремни, обломки ножей, ложек, вилок. Сокровища, поднятые за три года группой, были просто бесценны.


 Всего обнаружено 12 тысяч предметов — украшений, монет, посуды, остатков корабля, оружия, боеприпасов, инструментов, черепков и осколков. В списке находок значатся 47 золотых украшений, 8 золотых цепей, 2 рыцарских знака, значительное количество золотой и серебряной посуды. А коллекция монет, собранная экспедицией, поистине исключительна: все монеты Филиппа II, его отца — императора «Священной Римской Империи», Фердинанда и Изабеллы, золотые монеты Испании: 1, 2 и 4 эскудо, множество неаполитанских дукатов и эскудо в отличной сохранности, 1, 2, 4 и 8 реалов чеканки Мексики и Испании, а также неаполитанские пиастры. Были представлены все мелкие монеты Испании, Португалии и Неаполя. За все время работ — 8000 часов, или 10 месяцев (в архиве 600 часов) найдено 405 золотых, 756 серебряных и 115 медных монет. Однако не блеск презренного металла привлекал Стенюи. Он болел не золотом, а историей. «Клад — понятие относительное, — пишет он в своей книге «Сокровища Непобедимой армады». Для археолога медная пуговица или мушкетная пуля подчас важнее сундука с монетами. Отыскивая реликвии, я меньше всего думаю об их рыночной стоимости. Когда нашей группе удалось обнаружить на дне холодного ирландского моря галеас «Хирона», входивший в состав испанской «Непобедимой армады», моей мечтой стало создание музея «Армады». Но это будет позже. А пока оставалась работа. И не романтические картины пьянили ему голову, а тяжелый, изнурительный и порой опасный труд подводного археолога во имя Ее Величества Истории.

Может Вам будут интересны эти монеты
2017-05-10 - Исторические цены на монету
1 Доллар Стрейтс-Сетлментс (1826 - 1946) Серебро Э ...
Цены на монеты с онлайн аукционов
Подробности